25.05.2025
Курская Дана Рустамовна
Поэт, издатель, культуртрегер.
Член Союза писателей Москвы. Автор шести книг стихов.
Организатор Международного ежегодного фестиваля современной поэзии MyFest. Основатель и главный редактор издательства «Стеклограф». Основатель и организатор Международной поэтической премии MyPrize. Член оргкомитета премии «Антоновка 40+».
Лауреат поэтических премий «Лицей», «Эмигрантская лира», «Русский Гофман», «Вечерние стихи», «Всемирный Пушкин» и других. Победитель Всероссийского конкурса имени И. Рождественского (2020 год).
Публиковалась в журналах «Знамя», «Интерпоэзия», «Новая Юность», «Волга», Prosodia,«Юность», «Крещатик», «Дети Ра», «День и ночь», «Аврора», «Москва», «Эмигрантская лира», «Кольцо А» и других.
Мы с Москвой
— Фиг ли ты корячишься, — говорит Москва. — Фиг ли, — говорит Москва, — ты прогибаешься? Зачем взваливаешь себе на хребет вечность и пару роликовых коньков в придачу? Объясни, — говорит Москва. — Растолкуй мне, дуре белокаменной. Ну просто по-человечески скажи — ради какого такого хрена ты рвешься, так тебя-перетак да две пересадки на кольцевой тебе в задницу!
Я говорю — да елы-палы, как не рваться-то тут, как не взваливать, как виселицу самой себе не стругать, если я так привыкла? Как мне к амбразуре не становиться, если больше-то некому? Как мне с ума-то не сходить ежечасно, ежели всё — ну буквально всё — на мне висьмя висит, как штаны на заднице похудевшей?
Москва говорит — ну что ты, право слово, занудничаешь тут, как кришнаиты на Арбате?! Что ты за комедию в Ленкоме тут мне устраиваешь?! Что ты мне тут церетелевские громады страданий своих возводишь?
Я, — говорит Москва, — побольше тебя пожила и побольше тебя повидала. И несчастий, — говорит Москва, — на мне куда как больше висло. И ведь не орала я, не вскакивала по ночам, не металась в поисках житейских. А ты нафиг всё тащишь на себе? Почему в одиночку всё прешь?
Я Москве говорю — да ладно, мол. Никогда вы, стариканы, молодежь не поймете. Никогда метаний их не постигнете. И не надо тут мне перед носом Третьяковской галереей размахивать. Я тебе, блин, не девочка с персиками.
Не оттого трудно мне, — Москве говорю, — что тащу я на себе всё. А потому тяжело, — говорю Москве, — что в себе ношу многое.
Все камни твои, все твои мостовые, все дома твои-новостройки, все вокзалы твои, все ступени твоих театров да магазинов пру в себе я. Под тяжестью тебя одной, Москва, горбачусь.
Мне не вынести тебя, — говорю Москве. — Оттого, что тяжела ты, как весь земной шар, как весь мир наш.
Потому что ты и есть — весь мир мой.
Оттого, что ты любовь моя.
И тяжела ты, милая, равно как и все взаимные любови.