25.09.2024
Вячеслав Попов родился в 1966 году в деревне Малые Коряки Смоленской области. Окончил школу в Бийске (Алтайский край). Учился в Новосибирском, а затем в Тартуском университете, по образованию филолог. До 2018 года практически не публиковался. В последние годы подборки стихотворений вышли в журналах «Знамя», «Новый журнал», «После 12», «Пироскаф», «Новая юность», «Кварта», «Эмигрантская лира», «Формаслов» и других. В 2022 году стал лауреатом Малой премии «Московский счёт» за лучшую поэтическую дебютную книгу 2021 года: «Там» (М.: ОГИ, 2021).
Вячеслав Попов
Под одеялом пестрым
С Альтдорфером
Сегодня я с Альтдорфером гулял
в Филевском парке. Склоны
оврагов не спеша вели меня
к реке. Дубы и клены
листву роняли. Гладкая тропа
вилась, и велосипедисты,
рождая вихри, проносились вниз.
Альтдорфер мой был в воздухе, в листве.
А воина святого и дракона
и без Альтдорфера хватает по Москве.
2018
Сквозь
Трамвай — лицо. Трава — ресницы.
Четверодугий рельсов взгляд.
Вполпьяна Пятницкой пятнистой,
где люди медлят, лето длят,
протечь сквозь тени в Климентовский…
А помнишь, были «ПирОГИ»
и сон невиданный московский
багровым храмом впереди?
2019
Связь
Ночь. Чистые. Фигура одинокая
была лицом темным-темна — но вот
сыграла ей, светясь, старушка Nokia
из вальса Тарреги тринадцать нот.
2019
Человек
По кромке Филевского парка
похмельный бредет человек.
Ему одиноко и жарко.
Борясь с неподъемностью век,
упорно кренит он смартфона
ослепший от солнца экран.
Срывается с ветки ворона,
шипит человек, как варан,
грозит кулаком этой дуре —
и складки бегут ого-го
по витрувианской фигуре
на потной футболке его.
2019
Сидящий на лопате
Лопату поперек траншеи
рабочий положил и сел
как на насест. Конфету съел.
С большими складками на шее
сидит и смотрит, узкоглаз,
на светофор, на туч кипенье —
и день, и тень, и наслажденье
он понимает лучше нас.
В своем шафрановом жилете
здесь, на окраине Москвы,
сидит он, как монах в Тибете,
с планетой бритой головы.
2019
Прострел
Маяковский идет по Мясницкой,
из Торгсина несет ветчину.
Что случилось с его поясницей?
прострелило ее почему?
Впрочем, нет! Из какого Торгсина?!
До Торгсина не дожил поэт.
За неделю до смычки Турксиба
он свернул на Лубянский проезд.
2019
Лыжники
Через Остоженку на лыжах,
потом по льду Москвы-реки
в Нескучный сад… Я вижу их, я вижу! —
их вязаные колпаки,
словесный пар, клубящийся у рта
отрывистыми облачками —
Булгаков говорит (не слышно ни черта),
а Ермолинский в такт умно блестит очками.
2019
Шведская ходьба
Филевский парк. Воскресный вечер.
На лужах хрупкий первый лед.
Старик, одетый в Outventure,
по-шведски с палками идет.
Одетый в Outventure тоже,
стою, сутул и неуклюж,
и аж мороз бежит по коже
от ледяного хруста луж.
2019
Приют
Под одеялом пестрым ватным,
теплом бесплатным дорожа,
единым телом неразъятным
лежат в обнимку два бомжа,
деля со сбродом голубиным
приют без крыши и без стен…
Хвала, хвала твоим глубинам,
Московский метрополитен!
2020
Это надо
вижу Виктора Живова
как живого:
шевелюра шарф
берет и борода
в Доме книги
девяносто
ммм…
второго?
года снегопадного
да-да!
это надо…
он бормочет
это надо….
и страницами шуршит
туда-сюда
и глаза блестят
как талая вода
2020
Гнилуша
За улицей Осенней
есть неказистый лес.
В день праздничный весенний
я в грязь его полез.
Погода, как в апреле,
безлюдье и покой
и много гнили, прели,
тарковскости такой…
Рессора, кость, резина,
жесть, полиэтилен,
павлиний хвост бензина,
живой и мертвый тлен…
Здесь сердце бьется глуше
и медленней чуть-чуть.
Течет в реке Гнилуше
коричневая муть.
Со всей своей отравой,
ты — истины глоток,
едва заметный правый
Москвы-реки приток…
2020
Дрожь
На Молодогвардейской
стоит простенькая деревянная церковь,
одна из этих новых,
шаговой доступности,
понавыраставших в последние годы
в самых неожиданных местах.
Если бы не православный крест,
она была бы похожа скорее на продмаг
или, скажем,
на ресторан быстрого питания «Теремок»
дособянинской эпохи.
Пару недель назад я проходил мимо нее,
возвращаясь с работы:
выбрал ради разнообразия не самый короткий маршрут —
при карантинной гиподинамии
лишний километр-другой не крюк.
Минуя дворик церквушки,
обнесенный невысокой оградой из сетки Рабица —
а через этот дворик,
не знаю кому тут следует отдать должное,
можно пройти насквозь беспрепятственно:
заходишь в центральную калитку,
выходишь через боковую
(странное, конечно, желание срезать путь,
когда сам же нарочно его удлиняешь)…
Так вот, проходя мимо церкви,
я услышал, как что-то мелко задребезжало
и земля завибрировала под ногами.
Я рефлекторно замер.
Большегрузных машин поблизости не наблюдалось,
никаких взрвывообразных звуков этому не предшествовало.
Окна церкви были безмятежно темны.
Через пару секунд все затихло,
я отмер и продолжил путь.
Что это было?
Маленькое землетрясение?
Лишь пару дней спустя дошло:
церковь стоит ровно над метротоннелем,
который в нескольких сотнях метров отсюда,
пройдя под фундаментом и подземной парковкой
двадцатиэтажного жилого комплекса
наивно-вычурной угловато-уступчатой архитектуры,
превращается в давно и хорошо знакомый открытый желоб…
Буду теперь,
ходя между Молодежкой и домом,
внимательно вслушиваться в землю ногами,
как слон.
(Я где-то читал,
что слоны слышат не только ушами,
но и ногами,
причем ногами — за десятки километров.
И у них есть даже своего рода язык топота.)
2020
Ласково
Дворами шел Крылатского,
смотрю, старушка с алкашом
беседует — так ласково,
наверно, помнит малышом.
2020
Русское барокко
В Перове есть церквушка
голицынских времен —
ландшафтная игрушка,
изящный павильон.
Не пламя грубой веры —
о боже, что за блажь —
галантные манеры
хранит сей эрмитаж.
2020
Июнь. Кунцево
ожившие дворы
полночные пиры
кто сам с собой кто в паре
кто пиво кто кампари
а вот стоит компания
похоже что с купания
мужики в больших трусах
дамы в мокрых волосах
багажник нараспашку
— Ир, еще рюмашку?
Грамотная водка!
помидоры лук нарезка
говорят уже нечетко
но весело и резко
слышен радиомузон
летят окурки на газон
такая вот картина
отмены карантина
2020
Пикник
Хрущевки тыл на улице Будановой.
Шашлычный дым из-под кустов идет.
Шесть человек. Смех. Пение Булановой.
Спокойный основательный народ:
складные стульчики, стакашки, одеяльца…
И в шубе норковой дворовый толстый кот
неистово вылизывает яйца.
2020
Посторонись
На склонах разнотравной красоты
крылатскохолмской дивной полудикой
круглятся мощно крепкие зады
охотниц за душистой полуникой.
Влюбленные на облака глядят.
Щекочут воздух щебеты и свисты…
И вдруг: «Посторони-и-ись!» — жужжа летят
самоубийцы-велосипедисты.
2020
Из магазина
Купил еды. Иду домой дворами.
Дождь затяжной то стихнет, то опять.
Подъезды с освещенными дверями…
Пасьянс оконный… Луж рябая гладь…
И вдруг — проявленные дальним светом —
мембраны спиц… крылатый всплеск воды…
чужая жизнь горбатым силуэтом
мгновенного доставщика еды.
2020
На посту
сижу в серебряном бору
под мышкой грею кобуру
и высотой три метра
дрожит забор от ветра
деревьев штормовой наклон
надрывный треск и посвист крон
и камеры слеженья
безумные движенья
меня пугают и бодрят
бушует третий час подряд
воздушная стихия
и слышу в ней стихи я
а голос глубоко внутри
мне говорит сиди смотри
как все вокруг качается
как этот мир кончается
2020
В Кузьминках
…в петрововодкинском — наклонном,
на нас надвинутом слегка —
пространстве тени по колоннам
плывут — конечно: облака! —
сухие, русские, борзые —
по лугу синему небес —
безотносительно большие,
никак не описать без «без»…
2020
Старички
На Холмах встречаются
старички:
курточки, кроссовочки,
рюкзачки,
а еще единого
образца
остехондрозная
хромотца…
Почему я все это
вдруг пишу?
Потому что к ним себя
отношу.
2020
Кофе
Шел по Тверской, зашел в кофейню
погреться, записать стишок.
Смотрю налево — вижу фею,
с ней пожилой шишок.
Смотрю направо — тихо, чисто,
столы пусты.
За стойкой бабочка-бариста
в тату безумной красоты.
Глаза над маской у официантки
бездонны и длинны —
как у ромэновской цыганки,
подведены.
Готовится двойной эспрессо.
Я свой стишок пишу,
прислушиваясь ради интереса
к «ля-ля», «бу-бу», «шу-шу».
Готов стишок достоинств невеликих,
оплачен счет, и, маску вновь надев,
иду я мимо наскоро курящих
ангелоликих
англоговорящих
двух дев.
2020
Пресня
А вот это место на Пресне,
где снова сломался трамвай.
Гроза собиралась. Из трещин
в брусчатке торчала трава.
Та женщина в платье сиреневом
смотрела на труп, торопясь
совпасть с заблудившимся временем,
надежным, швейцарским опять.
2020
Москва. 1975
эти люди ходили по москве босиком
эти люди ходили небольшим косяком
и закатное солнце в их волосах
и загадочное что-то в их голосах
мы приехали из бийска
после гума и кремля
я москву увидел близко
город вроде корабля
мимо плыл и плыл
чуть покачивался
разворачивался
не заканчивался
больше всех мне запомнились эти
люди с длинными волосами
вроде взрослые
а все еще дети
что им нужно не знают сами
так мне мама объяснила про них
уже в поезде
потом
не при них
2021
Прогулка
Когда по сумрачному лесу
(по лесопарку) я брожу,
нет-нет какую-нибудь пьесу
от одиночества рожу —
про эти ягоды рябины
в слоистой ржавчине листвы,
про блеск укромный паутины
в дупле пустом… Увы, увы! —
под гул немолчный (рядом где-то
гудит Рублевское шоссе)
я сочинить сумел лишь это.
А вот и люди. В шапках все.
2021
Зимнее время
Бесшумный электробус
в кратчайший день зимы
везет меня по улице
Крылатские холмы.
Все гуще снег мелькает,
все ниже небеса,
до вечера осталось
примерно полчаса.
Без десяти четыре…
Полпятого… Ну вот,
еще таких дней десять,
и будет новый год.
2021
Сентябрь
дворник Алмаз разметает листву
машет метлой
то как косой
то как веслом
то опять как метлой
продвигается шарк за шарком
дворник Алмаз говорит добыры ден
неярко блеснув золотым мостом
поправляет сползшую до бровей шапку
у Алмаза есть земляки
множество земляков
они то копают газон
то красят забор
то расчленяют бензопилой больное дерево
земляки Алмаза нормальные работящие мужики
целый слой населения
совершают намаз
ходят на шашлыки
на берег Москвы-реки
разговаривают по видеосвязи
со своей Средней Азией
поди пойми
какие теперь у него
какие теперь у них
у этих народных масс
настроения
2022
Февраль
москва лежит просторная
в крахмальных простынях
идет фигурка черная
писатель пастернак
пальто тяжеловатое
пальто не пальтецо
немного желтоватое
усталое лицо
зима такая длинная
а жизнь так коротка
как улица неглинная
как бывшая река
2023
* * *
так буйно цветет все в этом году
в птичьем пении можно умом заблудиться
но я на холмы не пойду
в филевский парк не пойду
маму на лавочку выведу
в пятерке куплю еду
и назад за компьютер садиться
ничего не хочу
ничего не могу
ничего не жду
все это никуда не годится
2023
* * *
нынче в Битцевском лесу
встретил мертвого крота
всюду корни на весу
трав цветущих красота
а немного погодя
видел сразу два дождя
серый над Беляево
а над Пражской синий
грусть-тоска была его
все невыносимей
2024
* * *
дожди дожди и вот в дождях просвет
прогулка долгая нас вывела к оврагу
собачий след и человечий след
хранят в себе грозы вчерашней влагу
от купыря цветущего бело
белотуманно а не белоснежно
и облака огромное крыло
полнеба обнимает безмятежно